Глава 3. Начало
21 мая 2006 года, после бара.
«Это произошло со мной в начале марта, 4 числа, если быть точным, то есть 78 дней назад, то есть за 1872 часа до часа текущего, или за 112320 минут до минуты текущей, или через 17520 часов после первого часа моего позапрошлогоднего запоя, или за 14 дней до моего последнего запоя, в котором я пребываю и в текущий момент времени. Я бы не сказал, что силён в математике или люблю складывать и перемножать числа, но в те немногочисленные и невыносимо мучительные часы, часы трезвости, часы, когда я шёл в бар или магазин за очередной дозой "антидепрессирующего спиртосодержащего расствора", я не раз занимался подсчётами различного характера, я не упустил ни одной минуты, ни одной секунды прожитых последних двух лет и двух с половиной месяцев. Возможно, Вы не согласитесь со мной и не одобрите мои способы борьбы с депрессией, одиночеством и самим собой, но я всё равно налью сейчас себе ещё водки и продолжу свой мыслительно-повествовательный процесс.
И почему подобные вещи случаются в самые неподходящие моменты?! Вот этот звонок, этот ночной мартовский звонок! Лучше бы его вовсе не было в моей жизни! Лучше бы я давно сменил свой номер телефона, а этот номер уже бы принадлежал кому-нибудь ещё, какому-нибудь Георгу или, быть может, Василию, а, может, и вовсе Светлане... Но нет, это по-прежнему мой номер и именно мне позвонила именно Она и именно тогда, когда мне это меньше всего было нужно, когда моя компания нуждалась во мне, только-только перешагнув через годовой рубеж своего весьма успешного и набирающего обороты существования! Почему? И ещё эта кружка... Зачем я тогда полез в шкаф и уронил именно эту кружку - Её подарок - и именно за день до этого звонка?? Если бы я был где-то в командировке и мой телефон мне не принадлежал, я бы сейчас был трезвым и, возможно, больше уже никогда в будущем не ушёл б в запой, или даже если и ушёл бы, то не в такой ответственный и чувствительный час, час, когда во мне нуждается моя компания... Пить за деньги компании... Ну и пусть... Пусть все думают, что хотят, а я пить прекращать не собираюсь! Я должен пропить каждую каплю моих былых страданий, каждый миг терзаний должен снова предстать перед моим внутренним взором, чтобы потом уже не всплывать более на поверхность моего душевного океана. Я должен в своём бессознательно-проспиртованном бодрствовании пережить снова и снова как последние два с лишним года, так и, наверное, всю свою жалкую и почти никому ненужную жизнь!.. Хотя, стоп! Ведь этот звонок, этот звонок, он говорит о том, что не такая уж моя жизнь ненужная, как мне казалось...
Ну что ж, друзья мои... или друг мой... Никогда раньше не думал, что стану общаться с таким наслаждением с напольными старинными часами, поэтому, в знак уважения, я всё же буду к Вам обращаться на "Вы", если Вы, конечно, не против. Ну вот и славненько! Вот уже два месяца прошло с первой рюмки моего второго запоя, и я, пожалуй, готов поделиться с Вами своим наболевшим, своей историей, страницы которой, так сказать, написаны моей собственной кровью и кровью моих жертв... Да, вероятно, Вы не согласитесь, но я всё же останусь при своём мнении и назову своих бывших девушек своими жертвами - так будет всё-таки правильнее и не даст Вам возможность считать меня мучеником или романтическим героем, не принятым принцем на белом коне.
С чего же всё началось? Такой ли я Мирный, как предлагает моя фамилия? С чего же всё началось?.. Да, наверное, всё началось с того, что мои родители были вместе одной тихой июньской ночью и очень хорошо провели время, через приблизительно 9 месяцев после чего на свет появился Ваш покорный слуга, названный в честь Пушкина - Александром. Сразу скажу, что Пушкин из меня не получился, да и Лермонтов тоже. Я вряд ли способен похвастаться богатейшими знаниями великорусского языка на Ломоносовском или Толстовском уровне, да и нобелевский лауреат по физике из меня в жизни не получится.
Но, вернёмся к моему Рождению. Случилось оно в начале февраля, 10 февраля, если быть точным, то есть восемь месяцев и 23 дня спустя после того июньского вечера на берегу Атлантического океана, то есть 27 лет и 3 с лишним месяца (или 100 дней) назад, то есть 9962 дня как я живу на белом (подчёркиваю - белом, а не чёрном или сером, полосатом или серо-буро-малиновом в крапинку) свете. Родился я в Подмосковье, где и прожил свои первые 8 лет жизни. Посещать детский садик мне не довелось, зато я весело проводил время на поле около дома с соседскими детьми моего или чуть старшего возраста. Так уж сложилось, что больше всего у меня было не друзей, а подруг; я часто бывал у одной девочки по имени Маша дома и мы играли в куклы, воспитывали плюшевых мишек и занимались хозяйством в кукольном домике. С мальчиками я, конечно, тоже любил поиграть: эти игры преимущественно развивали мои способности в области ускоренного карабканья на верхушку 30-метрового дерева за моей подброшенной туда кепочкой, дёргания девчонок за косички, игры в мяч и катания на сначала трёх-, а потом уже двухколёсном велосипедике. Но всё же больше времени я проводил с девчонками, да-да, теми самыми девчонками, которых мы дёргали за косички!..»
22 мая 2006 года, после бара.
«Да, на чём я остановился? Вот вы идёте и идёте, несмотря на то что уже такие старые, вы всё идёте, а я вот сейчас уже идти не могу... Мгм... Да, моё замечательное детство проходило в теперь уж пришедшем в полнейшее запустение и нищету районе Подмосковья. Но тогда, когда я там рос и знакомился с тем небольшим миром, доступным мне на тот момент, я не знал ни нищеты, ни богатства, я просто был маленьким мальчиком, играющим и радующимся таким вещам, каким взрослые уже не радуются - разве кому-то сейчас будет радостно успешно залезть на качающуюся на ветру верхушку высоченного дерева и забрать закинутую туда другом шапку, тоже очень радостно и весело закинутую?! Нам это нравилось. Нет, даже не нравилось - это было нашим образом жизни, смыслом существования, чем сейчас для большинства является работа, пополнение и планирование семейного бюджета, ломанье головы над правильным воспитанием детей, выгодным вложением средств и много других совершенно недоступных и неизведанных в детстве вещей, жизнь от которых хоть и становится многоплановой, неоднозначной и разнообразной, делается просто подчас невыносимой и далеко не такой радостной как в безмятежном детстве... Но не карабканье по деревьям формировало и развивало мой характер, моё жизневосриятие и мой внутренний мир - хотя, конечно, отчасти и это, так как я не раз в дальнейшем пользовался этим своим умением и до сих пор порой люблю приблизиться к природе, забравшись на какое-нибудь дерево - нет, меня формировал мой круг общения, меня формировали девушки, вернее девочки, ведь я рос вместе и рядом с ними... По крайней мере так было в самом начале моего пути. Но уже тогда почти все они были немного старше меня. До пяти лет я легко и свободно общался с ними, даже не представляя, насколько радикально будет меняться моё отношение к женскому полу и как подчас тяжело мне будет общаться с представительницами прекрасной половины человечества...»
